Browse By

Открывая ранний ислам (СР)

Даниэль Пайпс, National Review Online

Оригинал статьи на английском языке: Uncovering Early Islam Перевод с английского И. Эйдельнант

В 1880 году вышла в свет книга, представляющая собой наиболее важное исследование ислама в истории. Написанная по-немецки молодым еврейским венгерским ученым Игнацом Гольдциером (Ignaz Goldziher) под скромным названием «Исследования ислама» (Muhammedanische Studien), книга утверждает, что хадис, огромное собрание высказываний и деятельности, приписываемых пророку Мухаммеду, не имеет исторической достоверности. Как установил Гольдциер, хадис был основан не на надежной информации о жизни Мухаммеда, а на дебатах о природе ислама два или три века спустя.

(Представим сегодняшних американцев, оспаривающих вторую поправку Конституции, касающуюся права на ношение оружия, на основе будто бы обнаруженных устных заявлений Джорджа Вашингтона и Томаса Джефферсона. Очевидно, что информация в таких цитатах будет отражать не высказывания 225-летней давности, а современные взгляды).

Портрет Игнаца Гольдциера

После Гольдциера ученые проводили активные исследования, углубляя и развивая более полное описание ранней исламской истории, оспаривая почти каждую деталь жизни Мухаммеда в том виде как она обычно подается – его рождение в 570 г., первое откровение в 610 г., переселение в Медину в 622 г., смерть в 632 г. Однако пересмотренная история не получила распространения дальше узкого круга специалистов. Например, Патриция Крон и Майкл Кук, авторы книги «Агаризм» (Hagarism [Cambridge University Press, 1977]), намеренно употребили туманный язык.

Обложка книги «Агаризм».

Теперь, однако, два ученых независимо друг от друга положили конец этой секретности: Том Холланд написал книгу «В тени меча» (In the Shadow of the Sword [Doubleday]), а Роберт Спенсер – «Существовал ли Мухаммед?» (Did Muhammad Exist?[ISI]). Судя по названиям, Спенсер является более смелым автором, поэтому обратим внимание на его книгу.

Книга написана трезвым и ясным языком. Он начинает с противоречий и загадок, имеющихся в общепринятом повествовании о жизни Мухаммеда, Корана, и раннего ислама. Например, несмотря на то, что Коран настаивает, что Мухаммед не совершал чудес, хадис приписывает ему чудотворную силу – увеличение количества пищи, лечение раненых, получение воды из земли и неба, и даже испускание молний из его посоха. Где правда? Кроме того хадис утверждает, что Мекка была большим торговым городом, но, как ни странно, это противоречит истории.

Другая странность – влияние христианства на ранний ислам, в частности, «следы христианского текста, лежащие в основе Корана». Эти следы помогают объяснить, казалось бы, непонятные пассажи. По традиции, стих 19:24 говорит о Марии, услышавшей голос, когда она рождает Иисуса: «Не печалься: Господь твой сделал под тобой ручей». Новая интерпретация превращает это сообщение в более вразумительное (и традиционно христианское): «Не печалься, Господь твой сделал твои роды законными». Загадочные стихи о «ночи могущества» в честь первого откровения Мухаммеда приобретают смысл, если их интерпретировать как описание Рождества. Глава 96 Корана, как ни удивительно, приглашает читателя к причастию.

Обложка книги «Существовал ли Мухаммед?»

Опираясь на эту христианскую базу, ревизионисты раскрывают радикально новую историю раннего ислама. Отмечая, что ни монеты, ни надписи седьмого века не упоминают ни Мухаммеда, ни Коран, ни ислам, они приходят к выводу, что новая религия была создана около 70 лет после предполагаемой смерти Мухаммеда. Спенсер считает, что «первые десятилетия арабского нашествия показывают завоевателей, исповедующих не ислам, а смешанные верования [агаризм, ставящий в центр Авраама и Измаила], связанные с той или иной формой христианства и иудаизма». Вкратце, «Мухаммеда, традиционно описаного в исламе, либо не существовало вовсе, либо он существенно отличался от своего традиционного изображения» – то есть как лидер движения против христианской троицы в Аравии.

Лишь около 700 г., когда правители тогда уже огромной арабской империи почувствовали необходимость в объединяющей политической религии, они сформировали ислам. Ключевой фигурой в этом предприятии, похоже, был жестокий правитель Ирака Хаджадж ибн Юсуф (Hajjaj ibn Yusuf). Неудивительно поэтому, пишет Спенсер, что ислам является «такой глубоко политизированной религией», уникально выделяющейся своими военными и имперскими качествами. Неудивительно также, что он находится в конфликте с современными нравами.

Пересмотр общепринятых догматов – не праздное академическое упражнение. Когда иудаизм и христианство вступили в эру библейской критики (англ.: Higher Criticism) 150 лет назад, это повлекло за собой глубокий, трансформативный вызов. Подобный подход к исламу, вероятно, позволит ему стать менее буквальной и доктринерской религией, особенно в областях превосходства над другими религиями и женоненавистничеством. Поэтому планы перевести книгу «Существовал ли Мухаммед?» на наиболее распространенные мусульманские языки и сделать ее доступной бесплатно на интернете достойны аплодисментов. Революция давно назрела.

%d такие блоггеры, как: