Browse By

Дума о Родине

Всё учтено могучим ураганом… ©

Натолкнувшись (спасибо, друзья!) на просторах ЖЖ на очередной приступ асадизма, у меня окончательно слетела шляпа и безвозвратно (ну, по крайней мере, надеюсь) улетучились иллюзии.

Итак, что у нас произошло в 1917 году? В 1917 году русский народ взял в свои мозолистые руки инородческую дубинку винтовку (предварительно выданную ему для борьбы с внешним супостатом-германцем) и со всей дури, накопившейся за 200 лет, врезал штыком и прикладом по супостату внутреннему — шляхетскому, курляндско-прусскому дворянству, посаженному ему на шею создателями Российской Империи — Петром и матушкой-Екатериной. Заодно досталось на орехи и другому паразиту-захребетнику, порождённому попущением этой шляхетско-прусской камарильи, и активно с нею спаривавшемуся — а именно, пресловутой российской разночинной интеллигенции. Пух и перья из мещанских перин вперемешку с кровью, кишками, дерьмом и кусочками мозгового вещества полетели, к вящему восторгу русского народа, облаками по всей Руси великой.

г’еволюционная матросня (слева, где ж ещё) и результат её г’еволюционных подвигов (дворик харьковской губчека)

На этом европейская глава Российской Истории закончилась, а вместе с ней закончилась и история России как части Европы. По мнению всех более или менее авторитетных специалистов, высокая русская культура была именно европейской, чем бросала вызов культуре (культуре исключительно в биологическом смысле) народной, которая европейской никогда не была и, видимо, быть не может. С 1917 года Россия делает всё, даже невозможное, чтобы перестать быть частью Европы, демонстрируя совершенно азиатский, меркантильно-потребительский подход к науке и технологиям. Естественно, это привело к тому, что наука в России закончилась, превратившись в азиопско-обезьянье подражание, заключающееся в передирании попадающихся под руку технологических кунштюков, используемых, опять же, исключительно для изготовления танчиков и ракеток — чтобы показать Европе, Западу, кузькину мать. Собственно, даже Пётр «Великий» своих целей не скрывал: научиться у Запада западным трюкам, а потом повернуться к Западу жопой. Гордо так. В этом смысле большевики во главе с тов. Сталиным просто все углы протёрли, чтобы петровские влажные грёзы воплотить в реальность — со всем возможным рвением и прилежанием, громоздя гекатомбу за гекатомбой (куда ж без этого). Но не вышло. Сдулись.

Семена европейского духа давали на русской земле удивительные всходы, в том числе вожделеемую патриотическими блоггерами™ модернизацию-индустриализацию со всеми её плюшками в виде социальных лифтов, возносящих из грязи в князи представителей именно народной культуры. При этом ненависть, сидящая глубоко в мозжечке — а может, в кишках, я не знаю — никуда не делась, лишь «подморозилась», затаилась до поры. Ирония же, гримаса, если хотите, Истории — в том, что, вознесясь во князи в достаточном, или, другими словами, опасном количестве, представители истинно русской, то бишь народной, биологической культуры всю эту ненавистную и глубоко отвратительную им европейщину аннулировали. С 1991 года сползание в архаику, погружение в Азиопу перестало сдерживаться вовсе, и сегодня мы наблюдаем его во всей красе, — уже даже не сползание, какое там сползание — стремительный откат. Россия производит сырье и ёбаный стыд — в формате прохоровых-куршавельских, нанопылевых котреархов перил, абрамовичей-альбионских и прочей мрази, а также всяких унтеров пришибеевых с говорящими фамилиями вроде «поповкин» и соответствующими йоблами вместо лиц, у которых неуязвимые русские sputnik’и падают под воздействием таинственных пентагонских лучей смерти. На самом деле европейские принципы просто мешают поповкиным пИздить всё подряд и ебать гусей, и именно в этом всё дело.

И поэтому, дорогие друзья, я подозреваю, что главная европейская идея всех времён — что нужно вести себя прилично, другими словами, рационально, а не инстинктивно — истинно русскому человеку глубоко чужда, и совершенно неважно, какое место он занимает в системе сословной российской иерархии. Чужда и отвратительна настолько, что истинно русский человек даже не даёт себе труда увидеть разницу между меркантильным цинизмом и рационализмом, то ли принимая одно за другое, то ли намеренно одно за другое выдавая. Поэтому ширятся ряды вершининых и кургинянов, клеймящих Запад и не вылезающих при этом из западных машин, курортов и шмотья — по-своему талантливые, они замечательно чуют носящийся в воздухе, с позволения сказать, социальный заказ, и выполняют его по мере сил и способностей.

Собственно, чего — или кого — ради я так надрываюсь? Да вот ради тех то ли пяти, то ли двадцати процентов «номинально» русских, которые были, есть и остаются европейцами по духу, по складу ума и характера. Тем русским, у которых безудержная любовь соотечественников к асадам и каддафи, помноженная на ненависть к жидам, вызывает брезгливую оторопь.

Дорогие мои, я вам искренне, от всей души, сочувствую. И я не знаю, что вам делать. Честное слово, не имею ни малейшего представления.

Но что-то вам делать всё-таки придётся.

%d такие блоггеры, как: