Browse By

Эти глаза напротив

Пишет skalinkina

— Я помню его глаза, — едва войдя в кабинет, заявил мне посетитель, указывая на какой-то текст из книги Карбалевича о Лукашенко.

В тексте со ссылкой на нас с Шереметом речь шла о том, что у Лукашенко в биографии был тюремный этап.

— Чьи глаза, Шеремета?

— Да нет, Шеремета я не видел. Но я сидел, так получилось. И в Шкловской колонии сидел, вот оттуда и запомнил Лукашенко. Вы пишете, что он вешался, что из колонии уволен был со скандалом. Но не пишете — с каким? А я вам расскажу, я тогда сидел, я его помню. Его словили на том, что он проносил в колонию и продавал заключенным чай. Про чифир и всякие такие дела, надеюсь, слышали. Это в те времена было сродни торговле наркотой. Вот его и поперли, хотя могли и судить. У меня и другие свидетели есть, которые его запомнили. Они тоже сидели, если вас это не пугает.

— Приносите свои свидетельства, при Лукашенко уже полстраны пересидело. Если не верить бывшим зэкам, то и верить будет некому.

Кстати, в официальной президентской биографии вообще нет упоминания о том, что Лукашенко работал в колонии. Кто и кому позволил так вольно обращаться с трудовыми книжками, — вопрос отдельный. Но даже если заведена «правильная» книжка, нашлись люди. Они сидели, они его помнят

%d такие блоггеры, как: